Chronicles: Manifestation of despair – ещё одна интерлюдия.




     ***


Мысль – самое страшное, что только можно придумать.
Не думайте мысли.

Думать мысли – это так больно, это так страшно.
Мысль, если ей позволить думаться, как ей вздумается, начинает тебя продумывать со страшной силой.

И обычно мысли ты не нравишься.
Мысль опасна, она преследует, загоняет в угол, подстерегает на каждом шагу.

Она может медленно вгрызаться в мозг, может нежданно напрыгнуть из-за угла…
Вот почему – не думайте мысли.

А если уж начали, домысливайте до конца. Ведь мысль – словно феникс, в восторге воспринимает агонию своего умирания, сгорая в пламени перерождения.
И возможно – ваша мысль станет идеей.


     ***


     Запреты, свободы, ограничения, борьба, границы, предел, простор… – Этот ассоциативный ряд продолжается неограниченно долго. Эти слова, отражающиеся в сознании, как яркие голубые мячики, отскакивающие и ищущие выход, не менявшиеся веками и остающиеся священными для любого человека… Теряют смысл. Растворяются, разлагаются, размалываются, впитываются в землю и уходят. Туда, где они ещё имеют смысл.

     Человечество, забравшее свою свободу. Уничтожившее свои запреты. Исключившее любую возможность их нарушить. Что может сделать сейчас человек, чтобы удовлетворить свою потребность в восстании? В нарушении, в изменении, в революции?
     Вы думаете, что получив свои права, получив свою свободу – вы получили свободу? Напротив. Получая свободу, вы её теряли, вы теряли навсегда свою возможность на свободу нарушений. Кого интересует мир без границ, мир, в котором нельзя расширять или разрушать границы? В мире без границ просто некуда идти. Это абсолютный вакуум невесомости, где не от чего оттолкнуться, где не о что удариться и опереться. Что – о, скажите мне – что вы сейчас можете сделать, чтобы вас осудили, чтобы на вас посмотрели косо, чтобы вас осудили, вас преследовали?

     Ничего. Немногие оставшиеся социальные нормы уже не являются незыблемой стеной, а скорее мутировали в противоестественный источник сплетен. Человек теряет свою свободу, ему негде и нечего выразить, от него остаётся лишь прозрачная оболочка, которые выражает свою желание к свободе оставшимися противоестественными методами – теми, что вызывают брезгливость и омерзение. Что им остаётся? Плачевный мир разнообразного, равнообразного быдла, бессмысленно ищущего возможности самоидентификации. И я среди них, в тысячном ряду.
     Нет, нет, Нет, НЕЕЕЕТ. Такой мир не устраивает. Такой мир невозможен. Я не верю в него, я отрицаю его, я не принимаю его, я отвергаю его!!!

     Но отвергать мало. Никчёмные нигилисты – бессмысленный и бесполезный мусор изживающей себя эпохи. Время, время, дело и ресурсы. Отрицание и уход от мира никогда его не менял, иначе любой монастырь мог бы распространить вокруг себя ауру божественного блага километров на двадцать в радиусе. Как мало времени остаётся. Да-да, кто здесь считает, что он бессмертен? Кто считает, что любое дело можно отложить на бесконечный завтрашний день?
     Времени нет. нет. Нет. НЕТ. По сути, его никогда не было и никогда не будет. Время может только уходить с нуля на отрицательные отметки – у меня есть минус день, минус неделя, я имею в запасе минус пять лет…

     А если так – то стоит начать. Уничтожить в себе всё, что не имеет отношения к цели. Сконцентрироваться. Средства-люди, средства-вещи, средства-явления – всё должно пойти в ход, всё, что только можно.
     Совершенный мир ждёт. Мир границ, мир контрастов, мир свободы.

     Мир, где ты будешь скован по рукам и ногам. Узы слова, чести, манер, приличий, норм, законов, правил и обязанностей. Где каждая из твоих кажущихся цепей – твоя отдушина, твоё пространство, твоя свобода решений.
     Не заставляй его нервничать.
Этот рассказ является частью цикла "Хроники". Полностью цикл можно прочитать здесь.