У каждого это происходит по-разному.


Кто-то видит бескрайнюю белую равнину. Ты лежишь на снегу в тумане, и смотришь, как снег медленно падает, покрывая твоё тело и застилая глаза. Ты ощущаешь спокойствие. Тебе мягко и хорошо, мысли в голове отсутствуют, руки и ноги не чувствуются, ещё немного – и ты сроднишься, растворишься в этом снеге, став единым с пейзажем вечном зимы. И внезапно чувствуешь тепло чьих-то рук.


Ты блуждаешь по тёмному осеннему лесу. Без цели, без смысла. Вдыхаешь полной грудью запах хвои и опавших листьев. Под ногами тихо и мелодично шуршит жёлто-красный ковёр. В лесу нет ни птиц, ни насекомых или зверей – только в неверном зеленоватом свете луны по лесу бродят неясные тени, иногда останавливаясь и разглядывая особенно красивые прожилки на кленовом листе или побитый судьбой извилистый ствол дерева. На тёмном небе нет облаков, есть только переливы синего, розового и фиолетового цветов – оно прекрасно в своём застывшем спокойствии и безмятежности. Твои шаги становятся всё легче, и ты скоро станешь одной из бесплотных теней – когда замечаешь среди деревьев чужой покою этого места костёр.


Ты сидишь на высоком обрыве над озером, беспечно болтая ногами, и смотришь в чистое чёрное небо, отражающееся воде. В глубине вод сияют звёзды, но ты не узнаёшь ни одного знакомого созвездия. Какая-то из звёзд стремительно падает внутрь озера, сгорая и сияя ярче остальных напоследок – но тебе уже не быть этой звездой, и не загадывать желания, которые пропали где-то в глубине вод. Ты наклоняешься, втягиваясь внутрь неба, и собираешься нырнуть в него, раствориться подобно звезде – но оборачиваешься назад: где-то прострекотала одинокая цикада.


Ты падаешь вдоль бесконечной башни, и мимо чуть быстрее падают все предметы, которые были так дороги – одежды, оружие, картины, религиозные символы… Сначала хочется что-то из этого потрогать, взять – но они не нужны тебе, и ты отпускаешь всё падать дальше. Башня становится тоньше, и ты понимаешь, что падаешь вверх – скоро башня кончится, и ты, оторвавшись, полетишь куда-то в вечное межзвёздное странствие. Но наверху башни полёт прерывает чья-то мягкая улыбка.


Огонь окружает тебя, но не испепеляет. В тёплом живом пламени сгорают все сожаления, грехи, желания… И надежды. Скоро, наверное, не останется ничего – лишь дым поднимется к небу, да ветер разметает пепел. Тёмное небо пронизывает молния, и на лицо падают первые капли дождя.


В городе шумно, люди обтекают тебя толпой, спеша по своим делам. Проезжают лошади, что-то кричит мальчишка-зазывала, хлопают двери – но ты стоишь в центре площади, опёршись о фонарь. Со всех сторон медленно подходит непроглядная темнота, и поглощает город – улочка за улочкой, дом за домом. Люди беспечно въезжают в темноту – но оттуда уже никто не выходит. Медленно и неотвратимо, она подбирается ближе и ближе – остаётся только фрагмент мостовой в несколько метров около тебя. Из темноты выходит огромная белая псина, облизывает протянутую ладонь и просовывает голову под руку. Даже в темноте собака-повадырь может вывести куда угодно.


Я медленно проваливаюсь в сон без сновидей, мягкий как праздничная сладкая вата. Перепутанные мысли раскладываются где-то рядом, расцепляясь с тихой руганью, подкладывают себе маленькие белые подушечки и натягивают одеяльца. Чей-то голос меня тихо окликает, но я так хочу спать, и не хочу прерывать свой сон – притворяюсь, что не слышу. Голос мягко повторяет моё имя, и чувствую, что стало чуть темнее – надо мной кто-то склонился. Лицо шекочут мягкие длинные волосы, и я ощущаю такой знакомый запах духов и человека. Теперь я чувствую, что я кому-то нужен, и этот кто-то нужен мне. Посмаковав последний момент беспамятной дрёмы, я протягиваю руку, и мои пальцы сплетаются с чьими-то ещё. Тогда я открываю глаза.


Как всегда, холодная поверхность стола, скудное освещение в комнате, а на мне – белый халат. Я немного приподнялся, покрутил головой, привыкая к новому телу. Правую руку сжимает Марина, она уснула здесь же, светлые волосы рассыпались по столу. На моей и её руке зеленоватым поблескивают камни – у нас ещё есть время. Три жизни, может быть, четыре. Вы знаете, есть много людей, с которыми можно уснуть, но лишь с несколькими – можно проснуться. Почувствовать, что ты нужен, что ты важен, что тебя ждут. А если тебя никто не ждёт – зачем вообще просыпаться?


И я знаю, что когда-нибудь, уже довольно скоро, один из нас вновь уснёт – и окажется на берегу моря, в тёмном лесу, или в полёте над пропастью. И второй будет ждать его там – чтобы, взяв за руку, уже не возвращаться в этот мир – а проснуться вместе где-то ещё.


Я тихо зевнул, протёр глаза, и провёл рукой по волосам Марины. Пора вставать.


На всякий случай – это сюжетный фрагментик от этих персонажей.
Этот рассказ является частью цикла "Хроники". Полностью цикл можно прочитать здесь.