Недавно спорили насчёт понятия обеспеченности и обеспеченности конкретных валют мира. Что же, я немножко посмотрел (сравнил много источников, выбрал для цитирования несколько).
Итак, много буков.

Нередко в литературе в качестве синонима понятия “высокий реальный курс рубля” используется сочетание “сильный рубль”, в качестве синонима понятия “низкий реальный курс рубля” – “слабый рубль”. Соответственно вместо словосочетания “повышение реального курса валюты” используется выражение “укрепление валюты”, в противоположном же случае – ее “ослабление”, что, очевидно, является не вполне удачным переводом английских слов appreciation и depreciation. Примерами подобного словоупотребления – “сильный рубль”, “слабый рубль”, “укрепление рубля” – полна, в частности, и правительственная программа. Появились и новообразования, как, например, приписываемое А. Лившицу выражение “партия слабого рубля”.

С одной стороны, стремление к экономному использованию речевых средств вполне понятно и, более того, закономерно. С другой стороны, важно, чтобы такое использование не приводило к неприемлемой потере точности. Представляется, что в данном случае происходит недопустимое смешение понятий. “Силу” рубля, как, впрочем, и “силу” любой другой валюты, можно представить как его (ее) способность противостоять валютным кризисам, иными словами, его (ее) способность избегать девальвации, то есть резкого изменения его (ее) фактической цены, измеренной в единицах другой валюты. Одним из важнейших показателей, характеризующих “силу” валюты, является обеспеченность денежной базы валютными резервами, или валютная обеспеченность.

Превышение этим показателем уровня в 100% (в июле 2000 г. – декабре 2001 г.) означает, что в условиях гипотетической “атаки на рубль” все рублевые обязательства денежных властей могут получить валютное покрытие без изменения номинального валютного курса. В этом случае номинальный курс валюты оказывается весьма устойчивым, а сама она может именоваться “сильной”. Однако снижение показателя валютной обеспеченности, например, до 50% и ниже (в январе 1992 г. – феврале 1993 г., ноябре 1993 г. – марте 1995 г., апреле – августе 1998 г., июле – декабре 1999 г.) означает, что в условиях гипотетической “атаки на рубль” все рублевые обязательства денежных властей в случае их предъявления к обмену на иностранную валюту могут быть покрыты лишь при условии двукратной девальвации национальной валюты. Такой номинальный курс валюты является неустойчивым, а сама она может именоваться “слабой”.

Это во-первых, для определения понятия “обеспеченности”.
Как мы видим, в 2000 году валюта России уже была обеспечена на 100%. А с тех, пардон муа, у нас никуда запасы не пропадали. Даже наоборот.

Ситуация, при которой экономика одной из ведущих стран мира «привязана» к чужим деньгам, сегодня выглядит полным абсурдом. Наш рубль уже давно не «деревянный». Более того, его обеспеченность золотовалютными резервами (а это главный показатель надежности и устойчивости любой денежной единицы) в десятки раз выше, чем обеспеченность самых ходовых валют мира – доллара, евро, иены. По словам депутата Госдумы, доктора экономических наук, председателя комитета ТПП по содействию внешнеэкономической деятельности Сергея Глазьева, российский Центробанк установил абсолютный рекорд в экономической истории, доведя объем валютных резервов до величины, которая втрое превышает объем денежной массы. То есть на один работающий рубль у нас приходится три запасных, омертвленных в резервах ЦБ. Для сравнения: обеспеченность главной мировой валюты – доллара США – составляет менее 10 центов. По сути, мы «сидим» на бездействующих деньгах, а они делают деньги из воздуха, заставляя весь мир, в том числе и Россию, работать на процветание Америки.

А что же у нас есть из обеспеченных валют?

Недавнее вступление Китая в ВТО, открывшее доступ на мировые рынки его конкурентоспособной продукции, превращает великую страну в лидера мировой торговли, но не сырьевыми ресурсами, а готовой продукцией. Сегодня – товарами легкой промышленности и бытовой электроники, завтра – высокими наукоемкими технологиями. Фактически уже в настоящее время денежная единица КНР – юань – после доллара и евро является третьей валютой в мире. Причем, если доллар – это фиктивная денежная единица, реальная обеспеченность которой составляет лишь 4%, то юань – это реальная валюта, базирующаяся на реальной товарной массе, производимой в Китае. Еще в 1994 году власти Китая установили жесткий обменный тариф 8 юаней за один доллар, который с тех пор остается почти неизменным (на сегодня один доллар равен 8,27 юаней).

А вообще говоря, полность обеспеченные сейчас валюты – российский рубль, китайский юань и индийская рупия.
И всё.
А что это всё означает? А то, что нам наплевать на все кризисы. Даже если все рубли, которые есть, поменяют на что попало.
Не будет повторения дефолта 1998 года.
А люди идиоты :)

В чём я не прав?:)

P.S. В свете этого, уже маленький домысел от меня лично: паника и падение курса акций – не что иное, как акт глобального долбо#бства. Сейчас банк уже не может обанкротиться
1) Идут безумные влияния финансов от Минфина

А вливания правительства в госбанки намного ощутимее: только Минфин готов одолжить полтора триллиона рублей (это около 60 миллиардов долларов)

2) А если всё-таки банку настала хана (ну, мог быть малый валютный резерв, жадный идиотов везде хватает) – то государство просто покупает банк со всеми его акциями и долгами – точно так же, как было в США.
Только, в отличие от них, мы можем себе это позводить.
А вот там – правда ж#па.
Немножко свежих новостей:

Каковы последствия провала в Конгрессе законопроекта о выкупе неликвидных активов из банковской сферы? Кто провалил bail-out plan? Что будет происходить с фондовым рынком и банковской системой?

Причины провала законопроекта о выкупе “отравленных активов”

Две недели торговались юристы Конгресса, вписывая и вычеркивая пункты и положения плана, который так и не был принят. Законопроект был поставлен на голосование и провалился: 228 – против, 205 – за. Провалили закон республиканцы. Их беспокоит экономическая нагрузка на избирателей накануне президентских выборов – 4 ноября. Принятие закона, в данном случае, означало бы признание несостоятельности всей экономической политики Республиканской партии и бросило бы тень на их кандидата – Джона Мак-Кейна.

Последствия провала операции “Спасения рядового Доу Джонса”

Последствия не замедлили проявиться: вчера обвалился Dow Jones, Standard and Poor 500, Nasdaq. Все акции дешевели, акции банковских компаний и энергетиков возглавили команду погружения. Региональные банки находятся в катастрофическом положении и уже возможен кризис депозитов и сбережений. Никакие страховки не покроют взносы. Страховые деньги давно использованы системой.

Пробой уровня 1000 по S and P 500 мало у кого вызывает сомнения. Фьючерсы открытия бирж снижаются. Растет спрос на внебиржевые ценные бумаги и золото. Билл Стразулло (Bill Strazzullo) из фирмы Bell Curve Trading так описывает ситуацию:

“В кратковременной перспективе фондовый рынок ждет катастрофа. Что еще важней, мы говорим своим клиентам – впереди нас ждет совершенно новая фаза падения. Не представляет некой неожиданностью падения S and P 500 ниже 1000 пунктов. Мы находимся в совершенно новой ситуации, в которой предсказывать что-то основываясь на экономических законах не представляется возможным. Решения принимают политики и эти решения невозможно предугадать”.

Последствия принятия спасительного законопроекта

В прессе устойчиво говорят, что этот законопроект позволит впрыснуть на рынок 700 миллиардов долларов. Однако это “драматизация”. Закон позволяет выкупить 250 миллиардов долларов ипотеки, по решению президента страны – еще 100 миллиардов долларов и по решению Конгресса США – еще 350 миллиардов по той-же схеме. Решение какие активы подлежат выкупу, какие не подлежат, какие выкупать в первую очередь, какие во вторую и как выделять на это деньги принимаются не сразу – а всей мощью групп лоббирования, сенатских, конгрессиональных комитетов, совместных заседаний, согласительных групп, ФРС, госказначейства, комиссий по ценным бумагам… Принятие закона не освободит страну от тяготящих неликвидных бумаг – их впрыснуто триллионы долларов, а выкуп их должен осуществится за 250 миллиардов долларов. Со скоростью упомянутой выше бюрократической машины. Ясно, что и этот закон – больше ширма для обеспокоенных граждан, за которой под видом “спасения Америки” будут делить деньги.

Возможности маневров в Конгрессе

Сенат может попытаться подать закон заново. В таком случае он будет рассмотрен, вероятно, в четверг.

Юристы могут выкинуть план Полсона-Бернанке и предложить другой – более приемлемый для республиканцев. Это маловероятный сценарий.

Юристы могут доработать план с привлечение республиканцев и учесть все их ограничения. Этот закон может и будет принят, но кроме громкого имени “спасительного”, он вряд-ли будет работоспособен.

Переговорщики могут попытаться убедить уязвимых республиканцев. Это относится к тем представителям Конгресса, которые имеют тесные связи с Уолл-Стрит.

J-фактор

Раньше четверга Конгресс не приступит к работе. Причина – празднование еврейского Нового Года. К моменту выхода конгрессменов спасать может будет и нечего.

Да, кстати, для сравнения

Рекордным уровнем падения индекса Dow Jones является цифра в 721,56 пункта, которое произошло 11 сентября 2001 года после атаки террористов на здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. DJIA (Dow Jones Industrial Average, промышленный индекс Доу-Джонса) – средний показатель движения курсов акций 30 крупнейших промышленных корпораци

А напоследок – то, что было ещё в марте:

Сегодня стало известно, что компания JPMorgan Chase & Co собирается приобрести Bear Stearns, компанию, которая является пятым по активам банком в США. При этом крупнейшая брокерская фирма JPMorgan Chase & Co, заплатит за одну акцию банка всего $2.

Эта информация сегодня уже привела к тому, что фондовый рынок мира охватила паника. Курсы начали стремительно падать, азиатские торги почти сразу открылись с понижения котировки акций ведущих компаний. Так индекс Nikkei-225 Stock Average уже за несколько часов торгов упал на 386,75 пунктов. Брокерские компании напуганы тем, что такой крупный банк продают почти за бесценок, в последний раз такое случалось в США только во времена Великой Депрессии.

Ведущие западные СМИ сообщают, что банк будет куплен всего за $240 млн. При этом все эксперты соглашаются, что это на 90% ниже его рыночной стоимости, которая была ещё неделю назад. Но Bear Stearns сейчас испытывает острый дефицит ликвидности, средств для операций в банке почти не осталось и поэтому компанию продают так дёшево. Компанию ранее пыталась поддержать Федеральная Резервная система непосредственно, но эти попытки не увенчались успехом.

Вот вам и и обеспеченность валюты :)